• Настенко Любовь Ивановна, ветеран ОВД


    Одному из старейших работников УВД по ЦАО ГУ МВД России Любовь Ивановне Настенко 13 ноября 2013 года исполнилось 76 лет. Она и поныне работает в контрольно-методическом отделе Следственного управления, занимаясь международными поручениями и подготовкой семинаров и курсов для следователей. А родилась она в городе Молочанск Запорожской области, что на Украине в многодетной семье. Рано осталась без матери, приходилось расти с мачехами, которым давала «отпор». В 1954 году она приехала в Москву устроилась почтальоном в 57 отделение связи на Соколе. Вскоре перебралась на «почтовый ящик», где работала лепочницей, помощницей стекловара, инструментальщицей. Потом избиралась секретарём комсомольской организации. Во время работы на заводе заканчивает 9 классов, вечернюю школу с отличием. За это её наградили путёвкой за границу - в Болгарию и Румынию. Уже в 1960 году Любовь Ивановну переводят инструктором Красногорского райкома ВЛКСМ. В 1961 году, когда Химки становится самостоятельным городом, переходит в местный ГК ВЛКСМ, где трудилась до 1973 года в должности заведующего орготделом. Работа проводилась большая – ведь на учёте состояло около 12 000 комсомольцев и 90 организаций. Хочется отметить, что Указом Президиума Верховного Совета от 7 мая 1971 года Любовь Ивановна была награждена медалью «За трудовую доблесть». Этой награды она удостоилась за воспитание молодёжи, которая работала на стройках парка Дружбы и парка Победы. Почти каждые выходные со своим лидером - Любовью они выходили и на строительство комбината в Химках. Именно в этот период – в 1962 году Л. Настенко поступает в Московский заочный юридический институт, который успешно окончила, получив специальность юриста. В марте 1973 года горком КПСС рекомендует Любовь Ивановну для работы следователем в отделе внутренних дел района Сокольники г. Москвы. 30 октября 1976 года её избирают народным судьёй г. Химки сроком на 5 лет. А 1 августа 1981 года она возвращается работать следователем в родной отдел в Сокольники, где трудилась до марта 1992 года. Далее её командируют в 3 РУВД Центрального административного округа, где трудились нынешний министр внутренних дел генерал-лейтенант Владимир Колокольцев, начальник УВД по ЦАО генерал-майор Виктор Пауков. 10 марта 1998 года Настенко уходит на пенсию, но сидеть долго дома не пришлось: 3 сентября 1999 года ей позвонили с УВД по ЦАО и пригласили работать в организационно-методическом отделе. За время работы в правоохранительных органах у Любови Ивановны было много нашумевших дел. Одно из таких, когда 25 мая 1996 года из экспозиционного зала Музыкальной культуры имени М.И.Глинки были похищены две скрипки выдающихся мастеров своего времени – А.Страдивари и Я.Штайнера. Старший следователь майор юстиции Настенко работала по делу с самого начала, но работы прибавилось, когда самолётом из Сочи в Москву были доставлены и скрипки, и задержанный Шайдуров Игорь Валентинович, который прятал уникальные реликвии в одном из окраинных домов, расположенном почти у самой границы с Абхазией. Когда подозреваемого доставили в столицу, Любовь Ивановну подняли едва ли не по тревоге: в 22 часа она начала свой первый допрос. Тогда её едва успели доставить на Ленинградский вокзал к последней электричке. А на следующий день допрос продолжался. В следственном изоляторе № 77/1, известной всем, как «Матросская тишина» в присутствии адвоката осуществлялась видеозапись. Но на этот раз перед ней предстал Яков Григорьевич, который был арестован ещё в октябре 1996 года за кражу редких книг из государственной исторической библиотеки России. Как и следовало ожидать, свою причастность к хищению скрипок он начал отрицать. Не предполагая, что в своё время оперативники записали голоса лиц, которые требовали от работников музея за скрипки крупную сумму денег в немецких марках. И лишь когда эксперты ГУВД в присутствии понятых расшифровывают записи телефонных разговоров и идентичность голосов подтвердилась, лёд тронулся: преступники дали давать показания по скрипичному делу. Чтобы лучше представить, какие ценности были возвращены государству, приведём несколько строк из официального письма, полученного в ходе расследования на имя Любови Ивановны Настенко из «Государственной коллекции уникальных музыкальных инструментов»: «Похищенная скрипка Страдивари, по мнению экспертов, стоит 400 000 долларов США, а скрипка Я.Штайнера – 100 000 долларов. Скрипка Страдивари из музея уникальна, так как это мемориальный инструмент, принадлежащий великому отечественному музыканту Давиду Ойстраху. Кроме того, скрипка была подарена ему английской королевой Елизаветой. Поэтому инструмент особенно ценен для российской культуры…» Но это дело в своё время широко освещалось различными средствами массовой информации. А Любовь Ивановна в беседе поделилась, что у неё в производстве находилось много уголовных дел, которые не были может быть резонансными, но оставили большой отпечаток в душе. Например, задержали однажды бывшего «афганца», работающего в команде президента в качестве водителя. Его в своё время знакомый попросил подвести товар, который оказался краденным. Когда наш герой узнал об этом, его начали шантажировать и заставлять участвовать в новых эпизодах, угрожая судимостью. Попались они на 71 эпизоде, когда обокрали магазин «Меха» на улице Лесной. Этот подозреваемый отличался интеллигентностью, чувствовалось, что стал злоумышленником поневоле, поэтому не стала к нему избирать меру пресечения – арест и отпустила под подписку о невыезде. Вспоминается и другое дело, когда преступники хотели «насолить» одному оперативнику МВД и подсадили его девятилетнего сына на «иглу». А когда тому исполнилось 16 лет – арестовали. На этом этапе и передали дело Л.И.Настенко. Самое ужасное было то, что юношу убили в камере «Бутырки» и отец с трудом переживал потерю близкого человека и просил не вызывать супругу на получение тела из морга. Любовь Ивановна на 40 дней пошла в церковь и поставила свечку – та горела во всю силу. Отец подтвердил: да сын очень хотел жить, но увы… Наша героиня считает, что надо оставаться человеком при любых обстоятельствах и всегда помогать людям. К этой мысли её подтолкнуло уголовное дело, которое она рассматривала в качестве судьи в Химкинском районном суде. Была пятница. Суть в том, что тракторист ехал на трассе и столкнулся с машиной, в которой погибло несколько человек. Никто из родственников не настаивал на лишении свободы виновному, да и подсудимый характеризовался положительно, вину признавал полностью, раскаивался. Все стороны были выслушаны. Но так как рабочий день был закончен – последнее слово с оглашением приговора было перенесено на начало рабочей недели. Наказание было уже запланировано – 6 месяцев исправительных работ. Но когда в понедельник в зал завели подсудимого – он был весь седой. Любовь Ивановна долго казнила себя, что не задержалась в пятницу на 2-3 лишних часа, чтобы избежать этого. Кстати, она потом проследила судьбу этого человека, который не упал, а наоборот достиг высот, избирался депутатом. Вспоминается Любови Ивановне то время, когда практиковались отчёты следователя перед трудовыми коллективами, где трудились обвиняемые. Например, было у неё дело по разбою: художник, музыкант и слесарь были на коммунистическом субботнике, после которого решили зайти расслабиться в пивной бар. Они очень понравились бармену, который пригласил их в офис, где угощал спиртным. Один из гостей украл телефон, хозяин естественно возмутился, но три друга избили благодетеля и попытались скрыться. Пострадавший вовремя позвонил в милицию и злоумышленников по «горячим следам» задержали. В ходе расследования Настенко ходила на отчёт к трудовому коллективу завода, где трудились обвиняемые. Рабочие задавали много вопросов, допытывались, что послужило поводом для совершения преступления (тогда-то и подтвердилось мнение, что следователь должен быть тонким психологом, умеющим распознать с какой целью виновный пошёл на преступление). Именно на том собрании трудовой коллектив дал положительные характеристики злоумышленникам и просил не арестовывать их. И представители власти прислушивались к этому мнению. Вспоминается кража из медпункта в педагогическом училище, которое совершил одинокий парень, у которого месяц назад умерла мать. А по тем законам, если арестовывали человека, он автоматически выписывался из квартиры и становился БОМЖом. На заводе, где работал подозреваемый, трудовой коллектив, перед которым отчитывалась следователь, также просил не арестовывать виновного. Любовь Ивановна изложила свои доводы прокурору, который согласился и молодой человек остался на свободе. Это при том, что он получил заслуженное наказание. Вспоминается и юмористический случай. Задержали однажды известного спортсмена, который не признавал вину. Во время допроса он встал и попытался бежать, расталкивая милиционеров. В этот момент маленькая хрупкая следователь (именно наша героиня) нанесла сильный удар по лицу злоумышленника, который был повержен. Он не ожидал такого поворота и такого удара от маленькой женщины. А физическую закалку Любовь Ивановна получила, работая на рабочих специальностях в начале трудовой карьеры. Но самое интересное, что обвиняемый потом писал жалобы, что его избили во время допроса. Опрашивали всех сотрудников, охранявших задержанного и все говорили правду, что они его не били. Проверяющий спрашивал: а кто бил? У всех был один ответ: пусть он скажет. Спортсмену-кавказцу, естественно, было стыдно сказать, кто его утихомирил… Я не удержался и спросил Л.И.Настенко: - А Вам не хотелось остаться работать судьёй – это, наверное, престижнее, чем служба в ОВД? - Нет, не хотелось, - был однозначный ответ. – Следствие – это коллектив и коллективная работа по раскрытию преступлений, а судья – единоличник и лишний раз не пообщается ни с кем, многие решения принимает в одиночку. А я член коллектива! Кстати, даже в те советские времена нагрузка на судью ложилась немаленькая: в год рассматривал 80-85 уголовных дел, плюс административные и гражданские дела, к тому же каждый день вели приём населения. А многие посетители приходили ради того, чтобы излить душу, не принося заявлений, а время приходилось тратить и на них. Любовь Ивановна до сих пор благодарит судьбу, что попала работать в следственный отдел, где был успешный труд, и то, что она состоялась как профессионал – заслуга коллег. Ещё она считает, что, работая следователем, надо хорошо разбираться в людях, нужна смекалка. Многие эти качества она переняла от отца, который хоть и имел образование 4 класса, но во время службы на флоте, был в хороших отношениях с капитаном корабля, который давал читать книги из своей шикарной библиотеки. Но Любовь Ивановна отмечает и свои недостатки – её часто подводила прямолинейность. Хотя все всегда ценили её. При подсчёте уголовных дел, направленных ею в суд цифры всегда перекрывали показатели других коллег. Она стала удивляться – почему так получается. А однажды дежурный непроизвольно между порочим подсказал ответ, достав со стола график дежурств, сказав: «Любовь Ивановна, все службы приходят и смотрят, когда дежурит Настенко, чтобы раскрытия делать в эти дни, так как знают, что вы не развалите материал». А для неё основным показателем работы был показатель, и если он был хорошим, то получала удовлетворение. Счастья Вам, Любовь Ивановна, долголетия и крепкого здоровья!



    Reply Follow